В соцсетях — новая волна тревожности россиян о стабильности рубля. Двадцать седьмого апреля 2026 года появились слухи о том, что Центральный банк России заморозит вклады свыше 2,8 млн руб. Первого мая ОАЭ вышли из ОПЕК — организации стран-экспортеров нефти. Граждане переживали, что это обрушит цены на нефть и еще сильнее ударит по рублю. «7х7» спросил читателей, волнуются ли они за свои деньги.
“Переживаю ли я за сбережения? Когда сгорели советские деньги, у меня на вкладе лежало 20 тысяч. Отец работал на Севере и откладывал. На эти деньги можно было купить дом. Через несколько лет [власти] выплатили что-то вроде компенсации, хватило на свитер. Сейчас отца уже нет, я на пенсии.
На одном вкладе пять рублей, на другом 84 копейки. Я за них не переживаю. Пусть [банки] забирают и подавятся”.
“Вытащила из банков все. Хватит с меня этих игр с государством”.
“За деньги переживаю сильно еще с 2022 года. В дни пригожинского бунта покупал валюту, в ней [храню] примерно 1/3 сбережений. Насчет того, чтобы куда-то вложить [сбережения], пока не знаю, но хочу приобрести зарубежную карту и перевести почти все деньги на нее”.
“Вообще не парюсь. Вся зарплата на еду уходит. Жировой запас — инвестиция”.
“Я переживаю за те накопления, которые остались в России. Когда уезжал, я продал квартиру и отдал эти деньги маме, чтобы она побыстрее закрыла свою ипотеку. Но теперь мы договорились, что уже не будем выплачивать до конца, а переуступим ипотеку, как только квартиру доделают и передадут в пользование. Это будет летом в этом году. На полученные деньги мы купим жилье в одной из стран бывшего СССР, в которой я живу, или, как минимум, перевезем сюда деньги в мой банк. Мама и брат смогут переехать, если станет совсем невмоготу, но прежде всего это способ сохранить деньги.
О том, чтобы сохранить деньги внутри России, речи уже нет. Зато есть опасения, что в какой-то момент РФ совсем заблокирует вывод средств. За национализацию вкладов и сбережений мы не боимся, это пока менее реалистично. Зато полный запрет или значительное ограничение на вывод за границу — очень может быть”.
“Боюсь ли я за свои сбережения? Нисколько, потому что у меня их нет”.
“Дефолта, как в 1998 году, не будет. (Тогда [власти] отказались выплачивать долги по внутренним облигациям, хотя могли бы). Сейчас будут печатать деньги. Будет сильная инфляция или даже гиперинфляция. Если вы в РФ, лучше хранить деньги в наличной валюте.
Если у вас есть акции российских компаний или облигации РФ — продать, обменять рубли на USD. Зайти снова в акции в момент, когда завершится война”.
“В России может произойти все что угодно (страна чудес), но не стоит рассматривать этот [кризисный] сценарий как базовый, [он] скорее катастрофический. Чего точно не стоит делать — это принимать хаотичные эмоциональные решения”.
“Я вообще не понимаю, что делать. Мне 21, я учусь, работаю. Не трачусь, не распыляюсь. Пришла к тому, чтобы хранить деньги на вкладах (я далека от экономики), и сейчас бьюсь в конвульсиях, очень жалея, что я не разбираюсь, куда бежать и что делать, чтобы не умереть под мостом”.
“За ипотеку страшно. Осталось три года [платить]. За остальное не переживаю, есть дом в деревне, корову заведу”.
