Беженец из Суджи Николай Скрынник пошел на выборы в Курскую областную думу с одной целью — заставить власти услышать пострадавших из-за войны жителей приграничья. Но за две недели до голосования выдвинувшая его ЛДПР вынудила кандидата сняться. Партийное руководство было недовольно критикой в адрес курского губернатора Александра Хинштейна и «Единой России»: Скрынник открыто заявил, что действующие власти отвернулись от проблем приграничья.
Снятие Скрынника стало кульминацией почти двухлетней кампании по вытеснению темы курских беженцев из публичного поля. Редакция «7х7» разобралась в эволюции методов, которыми власть подавляла активистов, а также выяснила, кто до сих пор продолжает говорить.
«Меня выдвинули и задвинули»
Николай Скрынник — 75-летний беженец из Суджи. До выхода на пенсию работал в МВД, после – юристом, защищая права людей. В 2022 году, когда началась война в Украине, он завел телеграм-канал “ZПобеду Николай”, в котором постил новости и свои комментарии к ним. Когда в августе 2024 года ВСУ зашли в Курскую область, Николай уехал в Курск. Он начал критиковать действия властей в отношении жителей приграничных районов.
Журналисту “7х7” Скрынник рассказал, что проблемы беженцев начались в первые дни наступления ВСУ. Бывший губернатор региона Алексей Смирнов 7 августа подписал постановление, по которому жители приграничных районов получили статус «потерпевших от обстрелов ВСУ». Граждане, в том числе Скрынник, стали добиваться другого — признания их пострадавшими в ходе боевых действий и оккупации, возвращения им изъятых земельных участков или компенсации их стоимости, выплат за незарегистрированные дома и пристройки и так далее.
— Были написаны сотни обращений во все властные, контролирующие и надзорные структуры, на все приходили формальные отписки. Хотя, учитывая, что мой голос был не одинок, удалось кое-чего добиться. Но не основного, — сказал “7х7” Николай.
Он написал парламентским партиям письма с просьбой принять федеральный закон, который дал бы особый статус пострадавшим от вторжения ВСУ жителям приграничья. Промолчали все, кроме ЛДПР. Председатель Леонид Слуцкий организовал встречу инициативной группы Суджанского района с координатором курского отделения партии Алексеем Томановым. Еще Слуцкий пообещал проработать в Госдуме вопросы жителей приграничья.
Отзывчивость лидеров ЛДПР привлекла Скрынника, и в апреле 2026 года он вступил в партию. Последний раз мужчина делал подобное почти четверть века назад — в 2002 году, когда появилась «Единая Россия». Но, увидев, что объединение не защищает интересы “рабочего люда”, разочаровался и сдал партийный билет спустя год.
В июне курское руководство ЛДПР предложило Николаю выдвинуться на выборы в областную думу от приграничных Суджанского и Беловского районов. Он согласился, не раздумывая.
— В случае победы была реальная возможность быть услышанным и активно участвовать в правотворчестве, — объяснил мужчина “7х7”.
Иллюстрация: «7х7»
Чего Скрынник не ожидал, так это цензуры его постов в соцсетях. Сразу после выдвижения лидер курских либерал-демократов Алексей Томанов стал делать кандидату замечания за его высказывания и попросил удалить публикации с критикой — в частности, в адрес губернатора Александра Хинштейна. В одной из таких записей беженец признался, что глава Курской области разочаровал его.
“<...> Год назад мы избирали губернатора. Молодого, энергичного, правдолюба, борца с коррупцией, защитника интересов народа. <...> Почему у меня разочарование в собственном решении отдать свой голос ему? Все просто: он отвернулся от проблем жителей приграничья, пострадавших от вторжения [ВСУ] и оккупации огромной территории. Фактически с июня прошлого [2025] года с повестки дня заседаний правительства исчезли вопросы, касающиеся решения этих проблем. Чиновники, почувствовав охлаждение губернатора, обнаглели <...>”, — написал Скрынник.
В своем канале в MAX почти на 600 подписчиков Николай сообщил, что Томанов давил на него месяц. Причем на самого Томанова, по словам Скрынника, тоже было давление — со стороны федерального руководства партии. Глава курского отделения сказал, что, если Скрынник “не угомонится”, это может навредить всему региональному объединению ЛДПР.
— Я не мог прекратить борьбу <...> Скажу честно, я категорически отказался [цензурировать соцсети], но потом понял — даже если я буду избран, как я смогу работать в команде тех, кто желает моего поражения, принуждает сняться с гонки? — рассказал он “7х7”.
Запись про Хинштейна, по словам Скрынника, «переполнила чашу терпения власти». 1 сентября кандидат сдался: пошел в избирком и снялся с выборов.
— От того, что снялся, конечно, расстроился. Не от того, что не стал депутатом. От того, что меня предали, а, возможно, и продали. Ради каких интересов и на каких условиях — не знаю. Но решение [о снятии я] принял осознанно в знак протеста против предательства. А еще испугался за свою семью. Политика — дело грязное, все может быть, — объяснил свое решение Николай.
По мнению Скрынника, партийное руководство и действующую власть могла напрячь популярность кандидата от беженцев. Они не хотели, чтобы тот обошел выдвиженца от “Единой России” — главу Беловского района Николая Волобуева. Последний известен тем, что Путин лично звонил ему в больницу, куда глава попал после атаки дрона, а потом наградил его орденом Мужества. В апреле 2026 года Волобуев получил из рук Путина муниципальную премию “Служение”. Он не ходит на дебаты и не пишет о судьбе беженцев в соцсетях.
— Меня выдвинули и задвинули. Почему? Потому что нельзя было даже в мыслях допустить, чтобы член “ЕР”, <...>, награжденный лично президентом, не был избран. Вот и вся история, — сказал Скрынник.
На выборы не попал еще один защитник прав беженцев — депутат Новоивановского сельсовета Суджанского района Василий Ильин. Мужчина провел на оккупированной территории 240 дней, помогал землякам эвакуироваться, а позже поддержал их на протестных акциях. “Справедливая Россия”, вопреки ожиданиям, не включила Ильина в свои списки. По данным телеграм-канала «Курский соловей вьёт уютное гнёздышко», на федеральное руководство “СР” якобы надавили единороссы, продвигающие Николая Волобуева.
Журналист “7х7” проанализировал публичные высказывания других кандидатов в Курскую облдуму и выяснил, что никто из них не поднимает тему приграничья. Единственный из зарегистрированных кандидатов, кто ранее высказывался о беженцах, — Владимир Синельников. Он баллотируется по списку «Справедливой России». С начала вторжения ВСУ мужчина собирал списки пропавших без вести жителей оккупированных населенных пунктов, сообщал гражданам и СМИ детали о жизни людей в оккупации. В рамках своей предвыборной агитации он говорит только о медицине и о том, как реабилитировать участников войны.
Примеры Николая Скрынника и Василия Ильина показывают: проблемы жителей приграничья Курской области остаются для властей крайне чувствительной темой, тем более перед выборами. Выбивая из гонки активистов, открыто заявляющих о положении беженцев, чиновники окончательно лишают пострадавших курян их места в официальной политической повестке. Это главный итог двухлетней борьбы властей и силовиков против тех, кто пытается добиться справедливых компенсаций.
Аресты, отчуждение, цензура: три фронта борьбы с несогласными
Силовой и административный аппарат Курской области выстроил систему подавления протестной активности беженцев, действующую по трем направлениям. Первое — прямой силовой контроль: аресты и запугивание активистов. Второе — символическое отчуждение: чиновники игнорируют жителей в дни официальных памятных мероприятий. Третье — информационная блокада: подконтрольные редакции вычеркивают проблемы приграничья из повестки дня.
Силовой контроль
Открытые репрессии против беженцев начались 10 ноября 2024 года — с задержания жителя Суджи Андрея Герасименко. Он опубликовал в своей группе «Суджа. Бесплатные объявления» пост с призывом «дружно, весело, душевно погулять на Красной площади [Курска]». Публикация набрала 400 лайков и 150 комментариев, прежде чем ее заблокировал Роскомнадзор. Подписчики откликнулись на призыв и вышли на стихийный митинг. За его организацию Герасименко получил штраф 20 тыс. руб. После этого Андрей пропал из публичного поля.
Под вторую волну задержаний весной 2025 года попало четверо активистов из Хомутовского и Глушковского районов. Глава инициативной группы Хомутовского района и администратор телеграм-канала «Вместе – мы сила!!!» Роман Солодов опубликовал расписание своих встреч с жителями муниципалитета. Он хотел лично узнать о проблемах людей. После первых собраний Солодов написал, что не ожидал такого количества участников — и уточнил, что митингов не проводил. Тем не менее суд отправил его в спецприемник на девять суток за нарушение порядка организации публичного мероприятия. Когда Роман вышел на свободу, он забросил свой канал и перестал вести публичную деятельность.
В день выхода Солодова из спецприемника силовики задержали глушковца Сергея Омельченко, который вместе с братом Валерием администрировал канал и чат «Глушково без цензуры». В нем жители района делились информацией об обстрелах, разрушениях и мародерстве, в том числе со стороны российских военных. Суд вменил Сергею «неповиновение сотрудникам полиции» и назначил 12 суток административного ареста. На самом деле задержание было связано с тем, что активист предложил жителям приграничья встретиться с депутатом Госдумы от Курской области Ольгой Германовой и обсудить тему компенсаций.
На следующий день после Омельченко сотрудники полиции задержали беженца из приграничья по имени Сергей, когда тот сходил в приемную «Единой России» записаться на встречу с Германовой. Информации о судьбе мужчины у “7х7” нет.
Четвертым задержанным той весной стал Валерий Омельченко — за то, что предложил беженцам записать обращение к Путину и поддержал идею брата сходить на прием к Германовой. Сначала его «увели на разговор и проверку документов», а потом забрали в участок, рассказал позже Сергей Омельченко. Силовики задержали Валерия из-за нарушения режима контртеррористической операции, при котором запрещены массовые собрания и призывы к ним. Братья Омельченко перестали вести свой канал. Сергей вступил в подразделение «БАРС-Курск» – добровольческую бригаду, созданную властями для защиты Курской области.
Иллюстрация: «7х7»
Несмотря на запугивания, жители Курской области не перестали выходить на протестные акции. Полицейские задержали беженку Алёну Лискову из Глушковского района на митинге против отмены ежемесячных выплат 8 декабря 2025 года. Ее отпустили без протокола. Весной 2026 года прокуратура угрожала ответственностью за «ведение экстремистской деятельности» администраторам чата, где беженцы договаривались о встречах на Красной площади Курска.
Даты памяти без жителей приграничья
В первую годовщину вторжения ВСУ в Курскую область глава региона Александр Хинштейн заложил первый камень в основание памятника «героям, спасавшим мирных жителей от агрессии ВСУ». Собеседники издания “Можем объяснить” сказали, что власти не пригласили беженцев на это мероприятие и не дали анонсов. «Логично, [мы] могли бы [Хинштейну] неудобные вопросы задать. В соцсетях нас легче игнорировать», — пояснил житель Глушковского района.
В тот день полицейские помешали жителям провести собственную акцию памяти «Дом переселенца». Люди хотели принести к памятнику Ленину вещи, которые они увезли из своих разрушенных домов. Когда беженцы подошли к месту встречи, там уже стояли силовики. Жители не стали рисковать.
На вторую годовщину вторжения ВСУ чиновники во главе с губернатором Хинштейном возложили цветы к памятнику «Подвиг мирных сердец” под камерами федеральных телеканалов. Открытых анонсов мероприятия не было. Телеграм-канал “Курский соловей вьёт уютное гнёздышко” сообщил, что власти искали 50 “переселенцев”, которые согласились бы прийти на мероприятие и рассказать журналистам, “что живут они счастливо и все их поддерживают”.
Молчание в эфире
Подцензурные медиа Курской области не пишут о проблемах беженцев. Региональные журналисты не ходят на встречи губернатора с жителями приграничья и на митинги в центре Курска. Видео с протестных акций снимают либо сами участники, либо журналисты независимых медиа.
“7х7” выяснил, что три главных информационных агентства Курской области — «Секунда», «Сейм» и «КурскСити» — в 2026 году не написали о беженцах ничего, кроме новостей, основанных на сообщениях губернатора, прокуратуры или других официальных источников.
Когда ВСУ зашли в Курскую область, регионом руководил Алексей Смирнов. В телеграм-канале, который он позже передал местному оперштабу, словосочетание «вынужденные переселенцы» — так власти называют беженцев — с 9 августа 2024 года до снятия Смирнова с должности 5 декабря 2024 года встречается 75 раз (около четырех упоминаний в неделю). В основном эти посты были посвящены встречам с жителями или инструкциям, куда идти за помощью.
Мы взяли такой же период — четыре месяца — и подсчитали, сколько раз за это время новый глава Курской области Александр Хинштейн упомянул “вынужденных переселенцев”. Получилось 54 раза (в среднем три раза в неделю). С начала мая по начало сентября 2026 года Хинштейн написал о “переселенцах” всего восемь раз, в основном упоминая их в постах о федеральных деньгах на компенсации.
Управление рисками: зачем губернатор встречается с беженцами
После первых митингов беженцев в Курске в ноябре 2024 года бывший губернатор Алексей Смирнов стал собирать жителей на публичные встречи. Так он пытался утихомирить неподконтрольные протесты и дать людям площадку для жалоб на власть. Инициативу Смирнова перенял Хинштейн.
На одной из встреч губернатор сказал, что не согласен с внесением большинства населенных пунктов в список закрытых — то есть таких, чьи жители получают компенсации без обследования жилья. Хинштейн предложил присваивать статус закрытых только тем местам, где разрушено 100% домов.
На той встрече житель Глушково Иван Гуров попросил внести свой поселок в список на гарантированную выдачу жилищных сертификатов. Также Иван сказал, что ВС РФ не расширяет буферную зону, поэтому курское приграничье подвергается обстрелам. Хинштейн попросил Гурова «не оценивать действия ВС РФ». Через несколько дней после собрания мужчине позвонили неизвестные и потребовали, чтобы он встал на учет в военкомате Санкт-Петербурга по прописке.
— Хотели избавиться, но не получилось: у меня официальная регистрация в поселке Глушково <...> Я родился и жил в Курской области, но нашлась сила, которая запретила мне встать на защиту родного края <...>, — рассказал Иван каналу «Курский соловей вьёт уютное гнёздышко».
Курский военкомат потерял его дело, и Гуров не смог вступить в добровольческую бригаду «БАРС-Курск». В итоге он подписал обычный контракт с Минобороны РФ.
Иллюстрация: «7х7»
– Эти встречи [губернатора с беженцами] нужны скорее для того, чтобы демонстрировать Москве, что, мол, я не сижу сиднем, работаю, – сказал “7х7” политолог Аббас Галлямов.
Хинштейн вынужден хотя бы раз в полгода встречаться с беженцами, чтобы были рычаги управлять недовольством жителей.
— Большинство губернаторов действует по одной и той же логике. Публичность для них – риск, а не ресурс, поэтому лучшая стратегия – тишина. Жалоба, о которой никто не узнал, для такого руководителя не существует: не требует ответа, не портит статистику, не создает прецедента. Хинштейн ведет себя иначе, и это довольно логично, если вспомнить, что до губернаторства он много лет занимался именно информационной политикой, а не аппаратной карьерой, — считает политолог Дмитрий Лобойко. — У него другое понимание рисков: закрытая система не убирает недовольство, она его копит, а потом оно все равно прорывается – просто уже не на его условиях, а на условиях того, кто первым выложит видео с митинга. Трехчасовая встреча с прокурором, обещающим «разобраться», – это не потеря контроля, а способ выпустить пар по собственному сценарию. Губернатор здесь не ответчик, а человек, который решает проблему, созданную кем-то другим ниже по цепочке.
По мнению политолога, встречи с беженцами помогают Хинштейну наращивать медийный вес в глазах тех, кто наблюдает за ситуацией со стороны.
– Хинштейн продает не отсутствие проблемы, а зрелищность ее решения. Это дороже и рискованнее, чем просто молчать, но работает на куда более широкую аудиторию, чем те несколько тысяч человек, которых эта проблема касается напрямую, – отметил Лобойко.
Кто продолжает говорить в условиях табу
Табу на проблемы беженцев в публичном поле Курской области привело к тому, что большинство инициативных групп распалось или утратило возможность встречаться с чиновниками. Их участники вышли из созданных правительством координационных советов из-за цензуры и невозможности добиться решения проблем прямым диалогом К сентябрю 2026 года лишь некоторые активисты сохранили свои каналы в Telegram и MAX. Активность в чатах снизилась.
Независимыми источниками информации для людей внутри региона остались медиа “Пепел”, признанное в феврале 2025 года “иностранным агентом”, телеграм-канал «Курский соловей вьёт уютное гнёздышко», принадлежащий одному из бывших районных депутатов, который скрывает свое имя, и локальные чаты.
Иллюстрация: «7х7»
Единственный из курских политиков, готовый открыто говорить о ситуации в приграничье, — кандидат на выборы в Госдуму от “Яблока” Александр Новиков. На дебатах он несколько раз поднял тему мирных переговоров и прекращения огня.
– Люди ждут мира <...> Те [люди], которые без мебели, без еды стояли в очередях [за гуманитарной помощью] <...> Переговоры невозможны без прекращения огня, и чтобы молодежь в принципе имела возможность заниматься спортом, я предлагаю три конкретных шага к миру. Первый: начало переговоров о прекращении огня. Второй: формирование переговорных групп исключительно из спасателей, правозащитников и волонтеров. Третий: привлечение независимых стран для обеспечения прекращения огня <...>, – сказал Новиков на одних из дебатов.
В своем телеграм-канале кандидат критиковал работу дирекции по выдаче жилищных сертификатов. Также он написал обращение в Министерство социальной защиты РФ по поводу отмены ежемесячных выплат беженцам и организовывал сборы для детей из приграничья перед 1 сентября.
Курская ВГТРК на две с половиной недели задержала выход агитационных роликов Александра. Вместо 26 августа видео вышли в эфир только 14 сентября. В них Новиков призвал курян “выбрать мир и свободу”.
За день до начала досрочного голосования в Курской области кандидат в Госдуму объявил, что в случае победы на выборах отдаст свою зарплату жителям приграничья.
– Для меня это не предвыборный лозунг или красивый ход, а результат сотен разговоров с жителями районов, многие из которых получают менее 20 тыс. в месяц, — написал Новиков в своем телеграм-канале.
