Страх потерял. 22-летний юрист Роман Малозёмов вступился за новосибирских фермеров, не побоявшись слежки и военкомата

“Хвост”

В новосибирском селе Новопичугово Романа Малозёмова обступили сразу несколько фермеров. Перебивая друг друга, они рассказали гостю, как пытались защитить своих коров от убоя, а себя — от полиции.

Один из сельчан вспомнил мужчину, задержанного за то, что вступился за жену — полицейский одернул ее руку во время народного схода. Другой житель описал, как односельчане перекрыли дорогу властям, приехавшим забирать скот.

– Меня выворачивало наизнанку от этих историй, — рассказал Малозёмов “7х7”. — Я чувствовал смесь злости и удручающей несправедливости.

В феврале и марте 2026 года новосибирские власти принудительно изъяли у фермеров и сожгли больше 50 тыс. коров. Причиной стала якобы вспышка бешенства и пастереллеза — острого инфекционного заболевания, которое лечится антибиотиками. Владельцы хозяйств утверждали, что представители Минсельхоза врывались в их дома без распоряжений об изъятии и результатов анализов, не называли конкретную причину забоя скота.

“Началась эпидемия очередного беспредела”, — подумал Роман Малозёмов и вышел к зданию областной администрации с плакатом «Скот убивают. Руки прочь от скота!».

Пикет помог ему выразить собственное отношение к произошедшему, но прямой помощи фермерам от этой акции не было. Тут Роман вспомнил, что экс-депутат горсовета Новосибирска Антон Картавин в 2024 году подал коллективный иск в защиту горожан, оставшихся в январе без отопления из-за аварии на теплотрассе. Он собрал 40 человек, которые потребовали от «Новосибирской теплосетевой компании» компенсацию морального вреда на общую сумму 400 тыс. руб.

Малозёмов — две недели как дипломированный юрист — захотел повторить опыт Картавина. Но навыков подачи коллективного иска у него не было:

- Я не знал, как подступиться [к делу], но понимал, что это [иск] колоссальная работа. Как выборы в Госдуму — тебе нужно ездить по области и общаться с людьми.

В поисках поддержки Роман написал одной из российских правозащитных организаций. Там ему посоветовали связаться с новосибирской юристкой и правозащитницей Ольгой Нечаевой (отказалась от разговора с “7х7”) и найти потенциальных участников иска.

Первые поездки Малозёмова к фермерам провалились. Те боялись чужака и не хотели выступать против властей. Роман сменил тактику — стал заранее искать контакты среди местных.

- Я сам из сельской местности, - объяснил он. - Я понимаю, что в каждой деревне есть лидер общественного мнения, с которым можно вести переговоры, а остальные подтянутся.

Однажды водитель, друг Романа Кирилл, заметил слежку за их автомобилем. Две машины следовали за ними из поселка в поселок, стараясь держаться неприметно. Чтобы проверить свои подозрения, Кирилл несколько раз проехал по круговому перекрестку. Неизвестные повторили каждый маневр.

“Хвост” не удивил Малозёмова. Еще в колледже силовики похитили его, когда он устроил протестное шествие в родном Иркутске.

Обещание

Роман Малозёмов родился в Иркутской области. В детстве он восхищался работой мамы-адвоката, поэтому поступил в колледж на юриста. Тогда ему было 15, и он не мог добиться выплат по потере кормильца — отца. У того в документах фамилия была написана через “е”, а у Романа — через “ё”.

После уроков обществознания в школе он представлял себе Россию как демократическое и социальное государство, где власти стараются помочь гражданам. Но потом ему попались антикоррупционные расследования на YouTube:

- Тут мой юношеский максимализм выстрелил. Я понял, что каждому нужно стараться делать что-то для общества, чтобы система наконец-то сломалась и изменилась. В тот момент я для себя определил, что моя совесть будет чиста и я сделаю все, что от меня требуется.

В январе 2021 года силовики арестовали Алексея Навального по возвращении в Россию. В разных городах, в том числе в Иркутске, прошли митинги с требованием освободить оппозиционера. Роман тоже вышел и, получив в руки мегафон, на эмоциях закричал: «Путин возомнил себя императором. Он построил себе дворец под Геленджиком за 100 млрд рублей - наших денег! Он возомнил себя царем. Мы говорим: “Долой царя!!!”» Протестующие подхватили: “Долой царя!”

- Я почувствовал единение [с другими участниками митинга] и невероятную силу. У меня было полное ощущение того, что мы сейчас сменим власть, - вспомнил Роман тот день.

Спустя время горожане стали расходиться, но Малозёмов был перевозбужден и домой идти не хотел. Он предложил оставшимся устроить шествие. Те согласились, и парень повел их по центральным улицам Иркутска.

Следующие несколько дней Романа переполняло воодушевление. Погруженный в мысли о митинге, он возвращался домой из колледжа, когда неизвестные заломили ему руки, положили его лицом на капот и запихнули в машину.

Малозёмов подумал: бандиты схватили его, везут закапывать в лес. Едва придя в себя, он потребовал у похитителей объяснений. Те сказали, что они из ФСБ и везут Малозёмова в полицию.

Там парня ждал человек в синем костюме и с очень грозным видом. Самыми пугающими были его глаза — они будто вылезали из орбит. Роман нашел в себе смелость спросить, что вообще произошло:

- Он сказал: «Это же лучше, чем если бы ты сюда ехал на общественном транспорте». А я ответил, что лучше бы автобусом, потому что у них очень грязные служебные машины. И начал оттирать брюки влажными салфетками.

Ему тогда не было 18 лет. По закону составить протокол полицейские могли только с участием матери, которая жила не в городе. Им пришлось везти Романа к родственникам, а потом вызывать его вместе с мамой в участок. За организацию протестного шествия Малозёмов получил штраф 10 тыс. руб. (ст. 20.2 КоАП РФ).

Во второй раз полицейские задержали парня из-за разбитых лампочек в уличных фонарях. «На митинг вышел — значит, и лампочки сломать можешь», — сказал ему сотрудник МВД и набрал номер матери Романа. Женщина наорала на звонившего, пригрозила заявлением о незаконном задержании сына. На этот раз обошлось.

В третий раз Малозёмов попался за раздачей приглашений на митинг. Полицейские сдали парня на ночь в центр для детей, оставшихся без попечения родителей. Там, по его словам, пришлось раздеться до трусов, отдать все вещи и переодеться в выданную одежду. Роман чувствовал себя униженным.

На выходе из центра он узнал, что Генпрокуратура РФ потребовала признать экстремистскими организации, связанные с Алексеем Навальным.

- Я испытал полный шок. Как будто просидел там [в центре] год. Как, знаете, когда люди из тюрьмы выходят и [когда] им сообщают, что очень многое поменялось. Я проснулся буквально в другой стране, - вспомнил он то апрельское утро.

Следователи дважды вызывали Малозёмова на допросы — хотели привлечь как свидетеля по делу против главы штабов Навального* Леонида Волкова о вовлечении несовершеннолетних в противоправные действия. Во время тех допросов они пригрозили, что “и до него доберутся”, а потом заставили насовсем отказаться от выхода на протесты.

– Согласился, потому что очень устал и хотел, чтобы они [силовики] от меня уже отвязались, так как это была бесконечная карусель с допросами. И я уже понимал, что поеду в другой город, — объяснил Роман.

Обещание не выходить на акции он держал год. После переезда по учебе в Новосибирск Малозёмов вновь бросил вызов системе: пошел на выборы.

Статус

Политическую активность в новом городе Роман начал с кампании “Яблока” за возврат прямых выборов мэра Новосибирска. Потом собирал подписи за выдвижение кандидатов и наблюдал на выборах от КПРФ. Работать старался «более аккуратно» — то есть не попадая в полицейский участок. Только он не учел, что кроме МВД у государства есть другие рычаги давления на активистов.

- Мне не импонировали ни «Яблоко», ни КПРФ, — уточнил Малозёмов, — Но уже тогда я понимал, как классно объединяться в коалицию и участвовать в разных кампаниях.

Получив опыт волонтерства, он, по его словам, “закономерно” стал планировать собственное выдвижение на выборы в Совет депутатов Новосибирска в 2025 году:

- Я видел, что это возможно. Что не только депутаты с огромными деньгами и представители «Единой России» имеют возможность где-то избираться.

Чтобы завоевать доверие избирателей, студент пошел по квартирам в своем районе. Предлагал людям помощь: например, пожаловаться властям на разбитый асфальт и криво уложенную плитку. Из разговоров с горожанами Роман узнал, что их главная проблема — точечная застройка на месте центрального универмага.

Малозёмов напечатал листовки с приглашением жителей на публичные слушания, где власти собирались утвердить изменения в генплане. В итоге людей пришло гораздо больше, чем ожидали организаторы. И пусть поправки были приняты, застройщик отложил реализацию проекта.

Ставка Романа на завоевание доверия жителей через малые дела оправдалась. Спустя два месяца, когда он и его друзья стучались в те же двери, люди легко ставили подписи за выдвижение студента на выборы.

Обрадованный легкостью, с которой прошел этот этап, Малозёмов не ожидал никаких проблем с регистрацией и готовился вести кампанию. Но избирком отказался принимать подписи, которые команда собирала 20 дней подряд:

- Мне на стол невзначай положили письмо от Минюста. Там было написано, что я аффилированное с иностранным агентом лицо. Я спросил, что это значит. Мне ответили: “Почитайте в законе”. Я вышел из кабинета в полном шоке.

Этим “иностранным агентом” было неформальное объединение «Коалиция «Новосибирск 2020»”. Независимые политики разных взглядов создали “Коалицию”, чтобы обойти единороссов на выборах в городской Совет депутатов в 2020 году. Четверо участников добились этой цели.

У Малозёмова был выбор: сдаться сразу или за неделю собрать подписи на новые листы с пометкой про аффилированность, объясняя избирателям, что это значит. Он выбрал второе.

- Мы провели колоссальную работу, — сказал Роман. — В последний день регистрации моя команда проверяла подписные листы и давала их мне. Семь часов я их подписывал. За полчаса до закрытия регистрации принес документы на проверку. Так нервничал, что захлопнул дверь перед носом другого кандидата и прокричал, чтобы тот не мешал комиссии проверять мои подписи.

Попасть в бюллетень ему все-таки удалось, но победу на участке одержал конкурент-единоросс. Роман предполагает, что избирателей могла напугать его предположительная связь с иноагентом.

- Я считаю промахом с моей стороны, что недостаточно объяснял людям, что такое статус аффилированного лица, что я не агент Запада, не шпион, — признал он. — Но, безусловно, это были огромные палки в колеса от Минюста. Еще я зафиксировал подкупы избирателей на улицах.

Идя на выборы, он ставил себе цель стать муниципальным депутатом. Он хотел представлять интересы своих соседей и стать настоящим народным избранником. К финалу кампании студент понял, что ему, как и любому самовыдвиженцу, нужно было заниматься другим — привести к урнам как можно больше избирателей, потому что из 25 тыс. человек на участки тогда явилось только 5 тыс. Если бы люди пришли голосовать, считает он теперь, “Единая Россия” не смогла бы перекупить столько голосов. Сломалась бы система, при которой мандаты получает одна и та же партия.

Избирателей он не винит:

— Власть настолько очернила политику в стране и выборы в целом, показав, что голос ничего не значит, что люди перестали ходить на выборы. Разочаровались.

Выдвигаться на выборы в Госдуму 2026 года Роман не стал — таких денег нет, и перспектив он не видит. Окончив вуз, Малозёмов начал карьеру юриста.

Издержки

Коллективный иск новосибирских фермеров — профессиональный дебют Романа Малозёмова, не считая бесплатной защиты горожанина от управляющей компании. Та хочет получить от него 2,5 млн руб. за подзарядку электрокара на подземной парковке собственного дома. Суд еще не закончился.

- С удовольствием взялся за дело, потому что это классный опыт, а также возможность добиться справедливости по ситуации, которой я тоже очень сильно возмущен, - с восторгом рассказал “7х7” начинающий юрист.

Его любимый вопрос — зачем судиться в стране, где законы не работают и не защищают граждан, а судьи выносят решения, удобные властям. Малозёмов, отвечая, вспоминает случаи, когда подсудимые получили условный срок вместо реального, штраф — вместо лишения свободы:

- Я понимаю, что на моей стороне закон, правда и огромное количество неравнодушных сограждан, которые верят, что Россия должна и может быть свободной. Они тоже не согласны с людьми, которые диктуют нам, как нужно жить, чтобы они могли богатеть и наживаться на нас.

Малозёмов и юристка Ольга Нечаева два месяца работали над коллективным иском фермеров к губернатору и правительству Новосибирской области. Их требование — компенсация морального ущерба на усмотрение суда. Роман уговорил 32 человека присоединиться к иску, продолжая ездить в деревни даже под слежкой.

В день, когда суд назначил долгожданное слушание по иску, юристу пришло еще одно письмо. Это было уведомление от военкомата с требованием явиться для “уточнения данных”.

Повестки для “уточнения данных” — предлог, чтобы заманить военнообязанного в военкомат и либо отправить его в армию, либо уговорить на контракт. Эксперты считают, что документ сам по себе применяется как формат психологического давления, потому что военкоматы угрожают ответственностью за неявку. Уведомление активисту — метод наказания за борьбу с системой. Так, повестки для “уточнения данных” получили задержанные на акциях против мобилизации в 2022 году.

Малозёмов согласен, что уведомление похоже на акт запугивания. Но это не официальная повестка — а значит, нет обязанности идти в военкомат:

— Не могут нормальную повестку выписать, только пугалку какую-то отправили. Значит, кому-то не нравится, что я занимаюсь этим делом [новосибирских фермеров]. Ну, ничего страшного.

Из ученика колледжа, которого отбивала мама-адвокат, Роман Малозёмов сам превратился во взрослого юриста с мечтой выиграть большое дело. Свои неудачи он считает издержками борьбы и полезным опытом:

- Преподаватель в колледже однажды сказал: задавая себе высокую планку, мы можем и не достичь ее. Но мы обязательно получим большие результаты, чем если бы мы изначально ставили низкую планку. Если одну стенку долбить, рано или поздно она все-таки разобьется.

***

На момент публикации этого материала Малозёмов судился с Минюстом, чтобы снять с себя статус аффилированного с “иноагентом” лица. В его планах было дойти до Верховного суда РФ.